Москва прометей




НазваниеМосква прометей
страница1/36
Дата публикации24.02.2013
Размер4.94 Mb.
ТипДокументы
litcey.ru > Психология > Документы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   36
Рудольф Арнхейм

НОВЫЕ

ОЧЕРКИ

ПО ПСИХОЛОГИИ

ИСКУССТВА

МОСКВА ПРОМЕТЕЙ

1994

ББК 88.4 А84

Перевод Г. Е. Крейдлина

Арнхейм Р. Новые очерки по психологии искусства. Пер. с англ. М.: Прометей, 1994.-352 с.

Научная редакция и вступительная статья проф. В. П. Шестакова

Статьи и очерки известного американского эстетика и психолога искусства, собранные в этом сборнике, объединены общими методологи­ческими принципами. Разнообразны проблемы, которые анализирует ав­тор: композиция, обратная перспектива, художественное образование, терапевтические функции искусства, стиль, образность, колорит, визуаль­ное восприятие. Методологической основой работ Рудольфа Арнхейма является гештальпсихология.

В целом это оригинальная и целостная книга, внесшая несомненный вклад в изучение актуальных проблем психологии искусства и эстетики.

Рудольф Арнхейм

^ НОВЫЕ ОЧЕРКИ ПО ПСИХОЛОГИИ ИСКУССТВА

Редактор М. Г. Емельянова Художественный редактор М. Я. Турбовской

Технический редактор М. Ю. Осипова Корректоры В. А. Ветров, И. Г. Мартьянова Мл. редакторы М. Ю. Бородина, Г. Н. Кузнецова Лицензия ЛР № 020457 от 4.03.92.

Сдано в набор 8.01.94. Подписано в печать 18.07.94. Формат 60Х841/16. Бумага тип. № 2. Гарнитура литературная. Печать высо­кая. Усл. печ. л. 22. Тираж 4500 экз. Заказ № 1942.

Издательство «Прометей» МПГУ им. В. И. Ленина. 129278, Москва, ул. Кибальчича, 6.

Смоленская областная ордена «Знак Почета» типография им. Смирнова. 214000, г. Смоленск, проспект им. Ю. Гагарина, 2.

, 0303010000-571

А —— без объявл.

183(2)—94

ISBN 5-7042-0581-Х

© Прометей, 1994, перевод, оформление, вступительная статья

^ ВСТУПИТЕЛЬНАЯ СТАТЬЯ

Рудольф Арнхейм — известный американский эстетик и психо­лог искусства, автор большого количества капитальных исследо­ваний, многие из которых переведены на различные языки, в том числе и на русский. Среди них—«Кино как искусство», «К пси­хологии искусства», «Визуальное мышление», «Энтропия и искус­ство», «Динамика архитектурных форм», «Происхождение жи­вописи: „Герника", Пикассо», «Роль центра: изучение композиции в изобразительном искусстве». Одна из последних книг, на­писанных Арнхеймом, — «Новые очерки по психологии искусства», опубликованная издательством Калифорнийского университета в Беркли в 1988 году.

Эта книга представляет собой собрание статей и очерков, на­писанных в разное время и по разному поводу и опубликованных в различных периодических изданиях. Собранные вместе, они оказались органично друг с другом связанными, объединенными общими методологическими принципами. В результате появилась оригинальная и целостная книга, внесшая несомненный вклад в изучение актуальных проблем психологии искусства и эстетики.

Знакомясь с этой книгой, поражаешься разнообразию мате­риалов, содержащихся в ней. Арнхейм обращается не только к изобразительному искусству, но и к поэзии, кинематографу, му­зыке и художественной фотографии. Разнообразны проблемы, ко­торые анализируются в книге. Это и проблемы композиции, об­ратной перспективы, художественного образования, терапевтиче­ской функции искусства, проблемы стиля, образности, колорита, визуального восприятия. Однако при всем этом разнообразии проблем и материалов книга отличается удивительной целост­ностью, единством методологии и принципов понимания и интер­претации искусства.

Методологической основой работ Рудольфа Арнхейма явля­ется гештальтпсихология — направление в европейской психоло-

гии, возникшее в 20-х годах в работах немецких психологов К. Коффки, М. Вертхеймера, В. Кёлера. В этих работах была выдвинута концепция «гештальта»—«структуры», «целостного образа», «формы»,— которая обозначала целостное объединение элементов психической жизни, несводимое к сумме составляющих его частей. Гештальтпсихологи выступили с полемикой против ассоциативной психологии, утверждая, что целое есть нечто го­раздо большее, чем сумма составляющих его элементов.

Гештальтпсихологи плодотворно изучали законы визуального восприятия и на основе экспериментальных исследований выдви­нули целый ряд важных его принципов и законов. Среди них — «стремление к «хорошему гештальту», константность образа, кон­траст «фигуры и фона», закон соотношения части и целого и т. д. Развивая эти принципы, гештальтпсихологи стремились дока­зать, что восприятие человека носит целостный характер и стро­ится на основе создания целостных структур, гештальтов.

Выводы и исследования гештальтпсихологии оказались очень близкими исследователям психологии искусства. Многие из них, как, например, Густав Бритш, Виктор Ловенфельд, Генри Шеф­фер-Зиммерн, Рудольф Арнхейм, стали применять принципы гештальтпсихологии к анализу искусства, художественного вос­приятия, детского рисунка. Иными словами, возникла целая шко­ла в области эстетики и психологии искусства, ориентированная на принципы гештальтпсихологии.

Судьба школы гештальтпсихологов весьма симптоматична. С приходом нацистов к власти в Германии большинство ее пред­ставителей эмигрировало в США. Курт Коффка преподавал в старинном женском колледже Смита, Вольфганг Кёлер занялся антропологическими исследованиями в Сварфморе, Макс Верт­хеймер преподавал в Новой школе социальных исследований в Нью-Йорке. Фактически в США переместилась вся школа гештальт­психологов, которая внесла значительный вклад в развитие аме­риканской психологии и теории искусства.

В течение многих лет Рудольф Арнхейм возглавлял в США гештальтистское направление в эстетике и теории искусства, чи­тал лекции в Калифорнийском университете, в старейшем аме­риканском университете в Гарварде, избирался президентом Аме­риканского эстетического общества. Его книги широко популяр­ны в США и рекомендуются в качестве учебных пособий на факультетах искусства многих американских университетов.

Одна из важнейших идей, которую развивает Арнхейм в своих работах,— это представление об активном, творческом характере визуального восприятия. Опираясь на экспериментальные дан­ные гештальтпсихологии, он доказывает, что визуальное восприя­тие— не пассивный, созерцательный акт, оно не ограничивается

только репродуцированием объекта, но имеет и продуктивные функции, заключающиеся в создании визуальных моделей. Каж­дый акт визуального восприятия, по мнению Арнхейма, пред­ставляет собой активное изучение объекта, его визуальную оцен­ку, отбор существенных черт, сопоставление их со следами памя­ти, их организацию в целостный визуальный образ.

Этот активный и творческий характер визуального восприя­тия позволяет, по мнению Арнхейма, сопоставлять его с процес­сом интеллектуального познания. Если интеллектуальное знание имеет дело с логическими категориями, то художественное вос­приятие, не будучи интеллектуальным процессом, тем не менее опирается на определенные структурные принципы, которые Арнхейм называет «визуальными понятиями». На основании это­го он приходит к идее «визуального мышления», которую разви­вает в книге «Визуальное мышление».

Все эти мысли получают дальнейшее развитие в его книге «Новые очерки по психологии искусства». Прежде всего, Арнхейм посвящает очерк пионерам гештальтпсихологии («Макс Вертхей­мер и гештальтпсихология»), а также исследователям, внесшим вклад в развитие психологии искусства — Густаву Теодору Фех­неру и Вильгельму Воррингеру. Выразительные возможности раз­личных видов искусств рассматриваются в третьей и пятой гла­вах книги, где анализируются под этим углом зрения живопись, поэзия, фотография и музыка. В четвертой и шестой исследу­ются закономерности визуального восприятия, в связи с этим рассматриваются проблемы обратной перспективы, система ху­дожественного образования.

Представляет интерес оценка Арнхеймом современной худо­жественной культуры, которую он излагает в очерке «Перцеп­туальный вызов в системе художественного образования». Он критически относится к минимализму, считая, что «минимальное искусство» ориентируется на «минимальных людей». Негатив­ные оценки вызывает у него и поп-арт, который пытается прев­ратить искусство в средство удовлетворения «психоза комфорта». Настоящее искусство не может существовать без гуманности. «Плохой вкус» заключается не в примитивности, не в неумении, он отражает сложную систему ценностей, когда «достоверности предпочитают удовольствие». Проблемы современного эстетиче­ского воспитания заключаются не в том, что детям не хватает эмоционального опыта, а в недостатке понимания, визуального порядка, способности привести чувственный опыт в определенный порядок.

Книга Арнхейма представляет интерес для широкого читателя, прежде всего, для специалистов — искусствоведов и теоретиков искусства. Но мне кажется, что она будет с увлечением читаться

и людьми, которые просто интересуются искусством и его вос­приятием, художественным творчеством. Тем более, что наряду с «высокими искусствами» в книге анализируются и такие фе­номены современной художественной культуры, как фотография или чтение географических карт.

Иными словами, книга Арнхейма представляет счастливое и довольно редкое сочетание серьезной теории с популярным, увлекательным изложением. Будем надеяться, что ее русский перевод будет стимулировать совершенно угасший в нашей науке интерес к проблемам психологии художественного творчества.

^ В. ШЕСТАКОВ

ПРЕДИСЛОВИЕ

Предлагаемые вниманию читателя очерки, впервые опубли­кованные и разбросанные по разным, иногда малоприметным, периодическим изданиям, собраны ныне под одной обложкой. Такое воссоединение дает очеркам новую жизнь, но вместе с тем предполагает их существенную переработку.

Статьи в профессиональных журналах, хотя и привязаны к моменту публикации, с течением времени не утрачивают своей ценности и продолжают приносить пользу. Развитие науки на­поминает рост дерева, в котором природа и функция каждой но­вой ветви обусловлены ее отношением к целому. Появление статьи оправдано уже тем, что она обращается к проблеме, в свое вре­мя актуальной для соответствующей отрасли знания. Позже ис­следователи, ведущие поиск в том же направлении, начинают с почтением цитировать имена и выходные данные работ своих предшественников, отождествляя при этом ход времени с про­грессом и недвусмысленно полагая, что сегодняшние пионеры стоят на плечах вчерашних карликов. Каждый пытается полу­чить при этом какие-то дивиденды с этого безопасного тотемного шеста.

Преимущества организованных научных изысканий очевидны, однако их система налагает ряд ограничений, которые далеко не всем по душе. Мне тоже они не очень нравятся, частично из-за моего характера, частично потому, что я всегда стремился рас­ширить сферу своей научной деятельности.

Нельзя рассчитывать на понимание закономерностей функцио­нирования какой-либо дисциплины, не зная хотя бы в самых об­щих чертах ее актуальных проблем и путей их решения; тем не менее всякий раз, когда я натыкался на интересующие меня факты, будь то в трудах мудрецов древности или в публикациях, датируемых прошлым годом, я ссылался на соответствующие места, а волнующие меня проблемы извлекал из множества раз­нообразных головоломок, попадавшихся на моем пути. Поэтому мои статьи напоминают людей, неуютно чувствующих себя в ком­пании, куда они впервые попадают, и обнаруживают свой raison d'etre, лишь когда им позволено вернуться домой, где они допол­няют друг друга.

В отношении представленных тут статей это справедливо, в частности, по той причине, что они занимают область, разделяе­мую несколькими профессиями. Не удивительно, что в то время, когда число фактов и теорий, которые принадлежат тому или иному полю деятельности и которые следует знать, неуклонно растет, многие психологи, искусствоведы, педагоги, врачи и да­же свободные философы пришли к выводу о необходимости, так сказать, возделывания собственных садов. Не то, чтобы я в сво­ем саду выращивал что-либо особенное; я всего лишь пытался создать некую научную дисциплину из того, что на первый взгляд казалось пучком разнородных элементов.

Чуть более двух десятков лет тому назад мои преданные и терпеливые издатели выпустили в свет первый сборник моих очерков под названием «К психологии искусства». В настоящее время то, что тогда еще считалось новой специальностью, может рассматриваться как более или менее узаконенная наука. Меж­ду тем вместо систематического изучения психологии искусств как единого целого я продолжал совершать набеги на ее наибо­лее загадочные области, возбуждавшие мое любопытство. Наме­реваясь в каждом конкретном случае внести определенную яс­ность в отдельные аспекты изучаемой проблемы, я должен был тщательно проанализировать ряд основополагающих принципов этой науки и исследовать сферу их применимости. Характер на­стоящей книги, однако, таков, что эти принципы, вместо того, чтобы занять в книге подобающее им примечательное место за­главий отдельных глав, присутствуют в ней всюду лишь в неяв­ном виде. После того, как весь материал был собран и я взгля­нул на него в целом, меня поразило повсеместное проявление общих принципов. Надеюсь, что читатель не станет считать не­нужным повтором каждую новую встречу с уже знакомыми ему темами и испытывать раздражение по этому поводу, а подойдет к ним как к средству, позволяющему объединить все разнооб­разные и разнородные наблюдения в единую систему.

Что же представляет собой эта система? Здесь, видимо, стоит дать ее краткий обзор, если у читателя хватит терпения выдержать — неизбежные при кратком изложении любой теории — абстрактные формулировки. Меня по-прежнему продолжает интересовать эпи­стемология, то есть я изучаю познавательное отношение человека к реальному миру. С самого начала изучения эпистемологии я был убежден, что главным инструментом взаимоотношений по­знающего разума и мира является сенсорное восприятие, и преж­де всего — визуальное. Восприятие — это не простая механиче­ская запись стимулов, поступающих от физического мира к ре­цепторам органов человека или животного, а в высшей степени активное и творческое запечатлевание структурных образований.

о

Последнее достигается в процессе деятельности, которая была подвергнута тщательному анализу в гештальтпсихологии. Целью этой деятельности является обеспечение живого организма не только списком физических объектов, но прежде всего динами­ческим выражением форм, цветов и музыкальных звуков. Пер­цептуальное выражение, воспроизводимое в сознании, лежит в основе всех видов искусств и творческих ремесел.

Познание, осуществляемое в ходе перцептуальной деятельно­сти,— так определяю я интуицию; при этом интуиция проявляет себя в деятельности вместе со вторичным, дополнительным, но необходимым интеллектуальным компонентом. Интеллект допол­няет интуитивный синопсис сетью линейных последовательностей концептов. По этой причине основным его инструментом являет­ся вербальный язык, представляющий собой множество цепочек знаков, обозначающих абстрактные и конкретные понятия. Мож­но безоговорочно признавать важность языка, но одновременно не разделять ныне модной и страстной увлеченности, с которой язык возлагает на слова бремя чрезмерной ответственности.

Интуиция и интеллект вкупе образуют мышление, которое и в науке, и в искусстве неотделимо от восприятия.

Закономерности организации нервной системы, управляющей восприятием и отражением его в сознании, являются первой из трех основных составляющих человеческого познания. Вторая со­ставляющая— это объективная структура физического мира, ко­торую человек воспринимает через призму языковых (словесных) смыслов. Наука, искусство и повседневная жизнь пытаются воз­дать должное этой структуре. Придавая важное значение объек­тивному состоянию физической реальности, я предпринял опре­деленные шаги по нейтрализации губительного влияния на ис­кусство философского релятивизма. В частности, я попытался представить отраженные в сознании свойства пространства и времени в их отношении к искусству. Третья составляющая ког­нитивной деятельности находится в особенно тесной связи с ис­кусством. Речь идет об описании тех средств, с помощью которых воплощается когнитивный опыт. В своем анализе этих средств я обращаю внимание на многочисленные недоразумения, возни­кающие, например, при интерпретации нереалистических форм искусства, когда признаки мысленных образов, выводимые из природы двухмерного представления, приписываются физическим явлениям, наблюдаемым в природном пространстве. Визуальные представления — это не манипуляции природы, а психические эквиваленты предметов и явлений действительности, снабженные отпечатками условий их существования в среде.

Обсуждение и дальнейшее развитие этих и некоторых других основных идей происходит по мере появления их в текстах очер-

ков, составляющих содержание данной книги. Отбирая очерки для публикации, я считал их независящими один от другого, каковыми они и должны были быть по первоначальному замыс­лу. Однако, включив очерки в одну книгу, я стал по-иному смот­реть на отдельные затрагиваемые в них проблемы, что, в свою очередь, повлекло за собой многочисленные изменения в соот­ветствующих текстах, иногда значительные, иногда не очень. Мне никогда не приходила в голову мысль считать эти работы пол­ностью законченными, скорее я рассматривал их как предвари­тельную фиксацию итогов продолжающейся борьбы за Истину. Дабы не очутиться в плену представлений о завершенности ис­следования, всякий раз возникающих, когда книга сдается в пе­чать, автору, вероятно, следовало бы хранить свои записи на одном из тех ныне модных дисплеев, которые дают находящему­ся поблизости человеку возможность менять на ходу мысли и слова в надежде улучшить качество работы.

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   36

Похожие:

Москва прометей iconО порядке вхождения в сдо «Прометей» и прохождения тестов
Основы работы c сдо «Прометей» предполагают базовые знания работы с персональным компьютером, в среде операционной системы «Windows»...
Москва прометей iconЭсхил. Прометей прикованный
Пустынные скалы на берегу моря. Гефест, Власть и Сила вводят закованного в цепи Прометея
Москва прометей iconДокументация об аукционе в электронной форме на право заключения...

Москва прометей iconТесты для самопроверки Отметьте названия отечественного программного...
Московская финансово-промышленная академия Автор: Андреев Александр Александрович
Москва прометей iconПротокол №009 заседания Аттестационной комиссии Некоммерческого партнерства...
...
Москва прометей iconЭкскурсионная программа 22 мая Москва Отправление: в 19-30 23 мая
Москва – Сосенки – Кострома – Городец – Н. Новгород – Чкаловск – Ярославль – Мышкин Углич Москва
Москва прометей iconВ Болгарии №23 от 11/07/08 Москва Обзор Частный сектор(Обзор, Христо Ботев, 5) (SC)
В стоимость включено: авиаперелет (Москва-Варна-Москва),трансфер, проживание, указанное питание, медицинская страховка
Москва прометей iconВ. В. Нескоромных От кромешной тьмы до жгучей крапивы
Зевс мог без труда, но вернуть назад попавшее к людям знание было, все-таки, уже не в его силах. Видимо, Прометей лишил Зевса монополии...
Москва прометей iconПротокол №010 заседания Аттестационной комиссии Некоммерческого партнерства...
Выдача аттестатов по итогам оценки уровня знаний специалистов ООО "Поволжьенефтеспецмонтаж", ООО "Роскомстрой", ООО фирма "Спектр",...
Москва прометей icon«Огни новогоднего Минска» в гостиницах «Юбилейная» 3* и «Планета»...
Приезд в Минск. Рекомендуемые поезда из г. Москва: №195 Москва-Брест, прибытие в 34; №1 Москва-Минск, прибытие в 22; из С. Петербурга:...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
litcey.ru
Главная страница