Москва прометей




НазваниеМосква прометей
страница6/36
Дата публикации24.02.2013
Размер4.94 Mb.
ТипДокументы
litcey.ru > Психология > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   36

43



Рис. 6. Макс Вертхеймер в Новой Школе. Май 1912 г. Рисунок Р. А.

слабыми, изучение механизма восприятия потребовало от М. Вертхеймера создания новой и несколько неожиданной науки, к строгости аргументации и системе доказательств которой сту­денты не привыкли. Отсюда их почтительное отношение к этой науке, сочетавшееся с раздражением и отчаянием.

М. Вертхеймер был одним из трех переехавших жить в США основоположников гештальтпсихологии. Именно благодаря пре­быванию этих людей в Америке причудливое название новой теории получило широкую известность в среде американских психологов. Но в какой степени теория и практика были под­вержены влиянию этих новых идей? Немецкий психолог Вольф­ганг Кёлер, поселившийся в Сварфморе, был знаменит своими экспериментами по изучению интеллекта антропоидов и, главным образом, шимпанзе. Однако, несмотря на то, что результаты, по­лученные Кёлером, считались весьма важными, введенные им в обиход концептуальные единицы, такие, как, например, понятие

44

«проникновение», были довольно неудобными, а специальные ра­боты ученого в области психологии решения задач мало кем тогда воспринимались как фрагмент абсолютно нового детально разработанного подхода к психологии вообще. Его книга о гештальтах в физике, изданная в виде отдельной монографии, никогда не переводилась на английский, а более поздние эксперименты по исследованию остаточных представлений, возникающих при ви­зуальном восприятии, были опять-таки восприняты как хотя и интересные, но частные результаты, не имеющие широких прило­жений и не поддающиеся содержательным обобщениям. Третий ученый, входивший в триумвират, Курт Коффка из Смит-коллед­жа 1, написал классический трактат по гештальтпсихологии, кни­гу, насыщенную ценными наблюдениями, фактами и идеями, но настолько трудно читаемую, что содержащийся в ней материал был скорее полезен философам, нежели психологам.

Что же говорится о гештальтпсихологии и о М. Вертхеймере в учебниках психологии? Читая их, студенты узнают, что, согласно теории гештальтов, целое представляет собой нечто большее и отличное от простой суммы своих частей, то есть перед студен­тами появляется вполне безобидное утверждение, которое вряд ли производит впечатление революционного или практически по­лезного. Про Вертхеймера они могут прочесть, что тот начинал свое научное творчество с экспериментов по изучению иллюзор­ного движения и восприятия зрительных форм. Однако и здесь, как и в случае с Келлером, ничего не говорится о связи этих за­нятий с основными идеями и тезисами гештальтпсихологии.

В учебниках можно встретить описание предложенных Верт­хеймером правил объединения объектов при восприятии: когда человек смотрит на множество каких-то форм, он воспринимает их как связанные друг с другом, в случае если они похожи по размеру, очертанию, цвету или какой-нибудь еще визуально вос­принимаемой характеристике.

Такого рода объединение, по всей видимости, не есть пример гештальтпроцесса; правила группировки объектов составляют по сути лишь первую часть работы, в которой ученый совершил ре­волюционный поворот от классической традиционной теории к новому научному подходу. В ней Вертхеймер показывает, что зрительный образ нельзя объяснить лишь изнутри, то есть про­слеживанием отношений между отдельными его элементами, как это делается в правилах объединения. Здесь необходимо объяс­нение, так сказать, извне: лишь анализируя всю структуру об­раза в целом, можно определить место и функцию каждой его части, а также понять природу отношений между частями. Когда

1 Знаменитый женский колледж в штате Массачусетс.

45

студентам рассказывают о работе Вертхеймера про восприятие форм, то им, как правило, ничего не говорят об этом перевороте в традиционном научном сознании, потребовавшем абсолютно но­вых методов исследования.

Сколь бы разрозненными и предварительными ни были пра­вила группировки объектов при восприятии, можно показать, что они включают в себя основной признак гештальтподхода, а имен­но, оценку внутренней структуры наблюдаемой ситуации. Макс Вертхеймер считал, что правила группировки — это не просто правила, навязанные хаотической совокупностью форм и нося­щие произвольный характер. Скорее наоборот, сама совокупность форм, их объективные свойства предопределяют признаки и ха­рактеристики результирующих групп, создаваемых разумом наб­людателя.

Такое отношение к структуре физического мира, когда тот соприкасается с нервной системой человека, впервые было вы­делено гештальтпсихологами, намеренно противопоставившими свою концепцию субъективизму британской эмпирической фило­софии, на которой была воспитана большая часть американских психологов. В соответствии с традицией философии эмпиризма вся чувственно воспринимаемая информация о внешней среде са­ма по себе является некоей аморфной массой, простой совокуп­ностью случайных единиц. Только разум реципиента — человека или животного — связывает эти единицы вместе отношениями, установленными в далеком прошлом. В результате объединение единиц на основе их частого совпадания в субъективном прост­ранстве и во времени становится доминантным объяснительным принципом в американской школе экспериментальной психологии.

Очевидно, что две противоборствующие теории исходили из противоположных взглядов на мир. Одна из них гордо утвержда­ет приоритет суждений и воззрений человека над окружающей средой, другая, явно раздраженная таким эгоцентризмом, счи­тает, что цель и назначение человека состоит в том, чтобы найти свое скромное место в мире и, опираясь на мировой порядок, оп­ределить свое поведение и отыскать пути к познанию мира. В со­циальной сфере гештальттеория требовала от граждан, чтобы они выводили свои права и обязанности, исходя из объективно установленных функций и потребностей общества. Таким обра­зом, и здесь прочно укоренившийся индивидуализм англо-сак­сонской традиции, подозрительное отношение к централизованной власти и к планированию сверху были безоговорочно отброшены •научным подходом, который иногда, под горячую руку, обвиняли даже в тоталитаризме.

Одним из самых любимых слов в лексиконе Вертхеймера, бросающих вызов противникам эпитетов, было слово «слепой».

46

Он относил его к эгоцентричному, бесстрастному, бесчувствен­ному поведению, к полной невосприимчивости «требований си­туации» (еще один ключевой термин гештальтпсихологии). Анализ поведения — обычная тема уникальных, обособленных заня­тий Вертхеймера, тема, относящаяся к его исследованиям струк­туры восприятия и творческого мышления; это также тема науч­ных трудов его учеников из Новой Школы. Приведу три примера таких работ. Один из ассистентов Вертхеймера, Соломон Е. Аш, разработал теорию социальной психологии, призванную сменить дихотомию индивид-группа интегральным подходом к социаль­ному взаимодействию и его внутренней динамике. Студент из Китая Гуан-Иен Ли изучал Даосистское понятие не-воли (wu-wei) как философскую доктрину, раскрывающую, как может человек достичь состояния гармонии с космическими или общест­венными силами. Третий ученик Вертхеймера, Абрахам С. Лю­чинз, проводя экспериментальное исследование стойкости и твер­дости человека, показал, что наличие заранее фиксированного множества психических единиц мешает человеку искать именно то решение проблемы, на которое указывают определенные свой­ства проблемной ситуации.

Сам Вертхеймер несколько своих последних работ посвятил философскому анализу категорий этики, ценности, свободы и демократии, указывая каждый раз на различие между своеволь­ным личным предпочтением и объективными требованиями си­туации. Все эти объективные характеристики, однако, не следует искать только вовне, в физической реальности; их можно также найти в физиологической и умственной деятельности каждого че­ловека. И нервная система и сознание, будучи частями мира че­ловека, вносят свой вклад и навязывают свои ограничения; их не следует путать с обычными субъективными преференциями. Например, то, каким способом человек может зрительно воспри­нять данный рисунок, зависит от (а) стимульной конфигурации объектов на рисунке и от (б) организующих способностей нерв­ной системы, то есть от факторов, отличных от проявлений интересов наблюдателя, его прошлого опыта и капризов вы­бора.

Здесь явно чувствуется нетерпимое отношение к индивидуаль­ным различиям между людьми, что на самом деле было харак­терно для гештальтпсихологов. Такое отношение не вызвало про­теста со стороны бихевиористов, но, видимо, разочаровало тех американских психологов, интересы которых концентрировались на генетических, социальных и медико-клинических аспектах лич­ности с четко выраженным акцентом на характере отдельного индивида и его потребностях. Гештальтпсихологию интересует прежде всего «человеческая натура»— как человек воспринима-

47

ет мир, как он растет и развивается, каков его механизм пони­мания и т. п.

Вертхеймер подошел к психологии не только как ученый-тео­ретик, исследующий общие закономерности функционирования науки, но и как поэт, воспевающий человечество. Легко показать, что основным импульсом к созданию новой науки явилось вни­мание Вертхеймера к природному, одушевленному и вместе с тем к органическому, неодушевленному. Отсюда понятен его про­тест против «атомизма», то есть расчленения целостных объектов на отдельные элементы, а также против весьма претенциозных ут­верждений, будто целое построено в результате суммирования ча­стей. Только после того как были отвергнуты казавшиеся ясны­ми и удобными традиционные методы анализа, обнаружилось, что природные объекты не являются аморфными сущностями, что они обладают внутренней структурой со свойственной ей дина­микой и даже объективной красотой. Таков был закон «хороше­го гештальта», сформулированный Вертхеймером в противовес доктрине субъективного объединения единиц.

Основной закон гештальтпсихологии отражает борьбу, кото­рую ведут физические и психические элементы за самую простую, самую правильную и симметричную структуру, достижимую в данной ситуации. Стремление к образованию такой структуры наиболее отчетливо видно на примере зрительного восприятия, но оно в такой же степени проявляется и в тенденции к ослабле­нию напряженности в мотивации. По мнению гештальтпсихоло­гов, эта важнейшая особенность человеческой психики отражает также тенденцию, свойственную нервной системе. Кроме того, как показал Кёлер, эта борьба характерна и для физических процессов. Исторически основной закон гештальтпсихологии со­относится непосредственно с законом увеличения энтропии в тер­модинамике, однако их родство уже не столь очевидно в случае, когда закон гештальтов описывается как отражающий стремле­ние к порядку, а закон роста энергии — как отражающий стрем­ление к беспорядку, хаосу.

Борьба за «хороший гештальт» как закон природы касается прежде всего отдельных наблюдаемых фактов, однако состояние максимальной упорядоченности объектов в системе тоже дает определенные преимущества. Например, в процессе зрительного восприятия рисунка, как только был воспринят и понят самый простой из имеющихся вариантов, он оказался более устойчи­вым, чем другие, в нем оказалось больше смысла, с этим ва­риантом легче было обращаться. Аналогично, в состоянии согла­сованного, соразмерного, гармоничного порядка намного лучше функционируют человеческая психика, команда игроков, да и общество в целом. Именно к такой оценке пришел Макс Верт-

48

хеймер. В природе он находил стремление к равновесию, по­рядку, добродетели. Вертхеймер считал, что такое стрем­ление заложено в основных жизненных импульсах чело­века, даже когда последние изрядно испорчены искажениями, навязанными культурой или непродуктивными церебральными нарушениями. В своей основе человек хорошо организован и по­тому отвечает своему назначению (то есть находится в надлежа­щей для адекватного функционирования форме) — ведь хорошая организация — это состояние, достичь которого стремятся все естественные системы. По этой причине Вертхеймер не любил людей, получающих удовольствие от разных трюков и замысло­ватых конструкций, порожденных их изощренными умами; он всегда также нападал на философов и психологов, утверждавших, что эгоистические наслаждения и склонность к разрушению яв­ляются основными побудительными мотивами жизнедеятельно­сти человеческой натуры. Его отвращение к психоанализу бес­спорно окрашено личными чувствами, хотя можно сказать, что в каком-то смысле Фрейд и Вертхеймер преследовали одни и те же цели: один пытался воздействовать на разум, исправляя от­клонения во врожденных инстинктах человека, другой хотел вос­становить в людях врожденное, но с трудом управляемое ощуще­ние гармонии и гармоничного функционирования.

Таким образом, высказывания Вертхеймера как психолога были инспирированы оптимизмом и доверием к людям, и это бы­ло его кредо, выразившееся в теоретическом учении. Вертхеймер утверждал, что в нашем мире все предметы именно такие, каки­ми они кажутся, что внешне и внутренне, поверхностно и по сути они связаны друг с другом. Поэтому можно считать, что ощуще­ния передают истинную информацию о мире, если, конечно, толь­ко очистить их от всякого рода вторичных наслоений и деформа­ций. Отсюда его любовь к музыке, живописи, где, по определе­нию, властвует мудрость чувств.

В 1940-х годах в доме Вертхеймера в Нью-Рочел (штат Нью-Йорк) мне довелось быть свидетелем жаркого спора между хозяином дома и одним из его старых друзей, искусствоведом По­лом Франклом. Франкл был убежден, и совершенно справедли­во, что для понимания композиции типично западного произве­дения живописи необходимо рассмотреть его проекцию на фрон­тальную плоскость. Это утверждение возмутило Вертхеймера, полагавшего, что ничем не испорченные люди воспринимают только естественную трехмерную глубину картины. Думать, что люди обращают внимание на какую-то неестественную оптиче­скую проекцию лишь затем, чтобы притвориться, что они в дейст­вительности воспринимают мир не наивно, означает бросить тень на человека. Эта сердитая реплика напоминает атаку, предпри-

нятую Гете на открытие Ньютоном природы белого цвета (кото­рый, вопреки тому, что воспринимают глаза, состоит из несколь­ких цветов спектра).

В представлении Вертхеймера имеется образ идеального че­ловека, известного нам по европейской литературной традиции (Персифаль, Симплициссимус, Кандид, князь Мышкин, бравый солдат Швейк) — этакий непритязательный герой, чья детская не­посредственность и невинность будоражат мысль, обнажают чув­ства, обескураживают, забавляют, взывают к благородству. В эс­се о природе свободы («A Story of Three Days») Вертхеймер писал: «Насколько по-разному воспринимают люди контрдоводы, насколько различно ведут они себя, сталкиваясь лицом к лицу с новыми фактами! Одни встречают факты прямо, непредубежден­но, открыто, рассматривают их объективно, должным образом принимая их во внимание, другие же решительно неспособны так относиться к новым данным или доказательствам: они остаются к ним глухи и непреклонны, не в состоянии отказаться от догм, не могут воспринять новые факты и доводы, а если и делают это, то лишь для того, чтобы позже уклониться от них или попросту их избежать — они абсолютно не способны смотреть фактам пря­мо в глаза. Эти люди не могут смотреть на все эти доводы и фак­ты, как смотрел бы на них свободный от предрассудков человек, они остаются рабски покорными и скованными перед ними». Среди читателей всегда находились такие, кто реагировал на эти слова Вертхеймера, как Аглая Ивановна у Достоевского, прятавшая письмо князя Мышкина в свой экземпляр «Дон Кихота».

Макса Вертхеймера, однако, никак нельзя называть бесплод­ным мечтателем. Его духовными предшественниками были Спи­ноза и Гете. От Спинозы Вертхеймер унаследовал представле­ние о том, что мудрость и порядок не навязаны природе извне, а присущи ей внутренне. Большое влияние оказала на него и мысль Спинозы, что психическое и физическое существования являются двумя сторонами одной реальности и взаимно допол­няют друг друга. У Гете он заимствовал убежденность в цель­ности перцепта (=объекта восприятия) и концепта (=объекта познания), в единстве и взаимодополнительности наблюдения и идеи, поэтического вдохновения и научного исследования; как и Гете, Вертхеймер гордился своей преданностью неустанной экс­периментальной работе.

Частенько он строил свои рассуждения и доказательства по образцу геометрического подхода, взятого от Спинозы; он лю­бил алгебраические формулы и наполнял свои работы тысячью замечаний, которые у него были обычно исключительно лапи­дарными.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   36

Похожие:

Москва прометей iconО порядке вхождения в сдо «Прометей» и прохождения тестов
Основы работы c сдо «Прометей» предполагают базовые знания работы с персональным компьютером, в среде операционной системы «Windows»...
Москва прометей iconЭсхил. Прометей прикованный
Пустынные скалы на берегу моря. Гефест, Власть и Сила вводят закованного в цепи Прометея
Москва прометей iconДокументация об аукционе в электронной форме на право заключения...

Москва прометей iconТесты для самопроверки Отметьте названия отечественного программного...
Московская финансово-промышленная академия Автор: Андреев Александр Александрович
Москва прометей iconПротокол №009 заседания Аттестационной комиссии Некоммерческого партнерства...
...
Москва прометей iconЭкскурсионная программа 22 мая Москва Отправление: в 19-30 23 мая
Москва – Сосенки – Кострома – Городец – Н. Новгород – Чкаловск – Ярославль – Мышкин Углич Москва
Москва прометей iconВ Болгарии №23 от 11/07/08 Москва Обзор Частный сектор(Обзор, Христо Ботев, 5) (SC)
В стоимость включено: авиаперелет (Москва-Варна-Москва),трансфер, проживание, указанное питание, медицинская страховка
Москва прометей iconВ. В. Нескоромных От кромешной тьмы до жгучей крапивы
Зевс мог без труда, но вернуть назад попавшее к людям знание было, все-таки, уже не в его силах. Видимо, Прометей лишил Зевса монополии...
Москва прометей iconПротокол №010 заседания Аттестационной комиссии Некоммерческого партнерства...
Выдача аттестатов по итогам оценки уровня знаний специалистов ООО "Поволжьенефтеспецмонтаж", ООО "Роскомстрой", ООО фирма "Спектр",...
Москва прометей icon«Огни новогоднего Минска» в гостиницах «Юбилейная» 3* и «Планета»...
Приезд в Минск. Рекомендуемые поезда из г. Москва: №195 Москва-Брест, прибытие в 34; №1 Москва-Минск, прибытие в 22; из С. Петербурга:...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
litcey.ru
Главная страница