Любовь это то, что делает нас счастливыми. Так ли это?




Скачать 71.14 Kb.
НазваниеЛюбовь это то, что делает нас счастливыми. Так ли это?
Дата публикации01.05.2013
Размер71.14 Kb.
ТипВопрос
litcey.ru > Астрономия > Вопрос

Ворон.


Любовь – это то, что делает нас счастливыми. Так ли это? Нет... Нет. И еще раз – нет. Любовь – это то, что делает счастливыми тех, кого мы любим. И это единственно верное ее определение. Наше собственное счастье, лишь следствие любви. Блажен, кто счастлив не потому что любим, а потому что умеет любить!

Аэнара – половина души, половина сердца, человек, ради которого я готов был отдать все, даже жизнь. Моя боль. Моя кара. Моя ошибка. Мое искупление. Аэнара… Имя с которым просыпаюсь и засыпаю, имя прошлого, настоящего и… Нет. Будущее мое будет свободно. Такова награда, таков выбор. Я познал цену любви. Познал ее суть, изнанку, истинное лицо. И понял, что любовь есть полное самоотречение. Любить и быть любимым не всегда одно и то же. Но, о, небо! Я счастлив, что, наконец, выбрал первое!

Порывистый ветер сдувал с берез пожелтевшие листья. Мы стояли на берегу небольшого лесного озера и смотрели, как медленно угасает в его глубине закат. Эта картина до сих пор стоит перед глазами. Я, она, и поддернутая рабью темная вода… С того дня прошло почти пять лет. Долгих, мучительных, нечеловеческих лет. За них я потерял все. И нашел гораздо больше. Нет, не жалею. Даже сейчас, перед лицом смерти – не жалею. Не знаю, что будет после. Только бы долететь!

Вы когда-нибудь были безумны? Настолько, чтобы в мыслях звучало только одно имя, один образ – и ничего более? Я был. Готов был продать душу, друзей, весь мир за небрежную улыбку, теплый взгляд, прикосновение. И продал. Смех, осуждение? Нет, не стоит отворачивать головы, знаю. Все знаю, понял. Но тогда – нет. Безумие… Иногда холодное, как лед, иногда вспыхивающие подобно костру. Мне говорили, меня предупреждали. Я не слушал. Не мог, не хотел. Аэнара – только о ней мог думать и мечтать.

Ничто не могло остановить меня. Ни слова отца, ни законы нашего народа, ни ее отказ и нелюбовь. Было все равно. Знаете почему? Я видел ее душу – неповторимую, чистую, светлую, нежную. Она казалась драгоценней всего на свете. Да и сейчас кажется. Но теперь у любви открылись глаза, теперь я уже менее всего думаю о себе. А она… Она права, что не простила. Прощать такое – нельзя.

Я просил, умолял, заклинал отца отдать ее мне, но он не внял.

-Ты должен помнить, кто ты, - сказал он. – Твой удел стоять выше таких, как она.

-Но я люблю ее!

-Любовь – это забота не о собственном эго, сынок. Любовь глубже и шире твоего «хочу». Подумай хотя бы о ней.

Он был прав. Конечно, он был прав! Но я был юн и глуп. И горяч. Не смирился, не прислушался. Снял отцовский перстень, отрекся от своего имени… А потом подкупил стражу, и похитив ее, бежал.

Казалось, весь мир стыдил меня за неразумную страсть. Я оглядывался, погоняя лошадь, боялся погони, боялся, что ее отнимут, заберут. Это было хуже смерти – нет, даже мысль о том, что могу потерять ее, была хуже тысячи смертей! Я думал, был уверен, что нет ничего сильнее и выше моей любви. Я упивался этим чувством: пьянящим, дурманящим, всепоглощающим - безумным. И я… Я не думал о ней.

Закат в темной воде – это было последнее, что видели мои человеческие глаза. Когда раздался топот копыт, бежать стало поздно. Страх... Липкий, отвратительный. Но за нее я готов убить даже отца.

Аэнара закричала и, схватив меня за руку, потянула в воду. Но я стоял твердо. Стоял и ждал. Бежать было некуда. Увидев, что я не двигаюсь, она с криком бросилась в озеро. Я не успел понять, что она задумала. Я – нет. А они – успели.

Ослепленный страстью и страхом разум, не сразу осознал, что нагнали нас вовсе не те, кого я так боялся. Нет, это были не они, другие. И они искали наши города. Спрятанные от посторонних глаз, тайные, вожделенные… Только мы знали их местонахождение, только мы могли войти через невидимые ворота.

Высокий, надменный, увенчанный каменной короной, он связал ее и поставил передо мной на колени. С ее черных волос стекала вода, губы были сжаты, в глазах горело пламя. Никогда она не была еще так прекрасна, желанна... Но он не смотрел на нее. Он смотрел на меня. Смотрел и улыбался - нетрудно было догадаться, что она значит для меня.

-Покажи дорогу или…

Его кинжал сверкнул в алых лучах заходящего солнца. На тонкой белой шеи появилась капля крови. Алая, огромная капля. Скатилась вниз, оставив розовый след. Сердце остановилось и сжалось. Я не мог, весь мир, наверное, знал, что я не мог видеть боли в ее глазах! И тогда я сделал это – сказал. Всего одно слово.

-Хорошо.

Несколько букв и тысячи смертей. Не знал, не понимал? Я – нет. А она понимала. Закрыв глаза, плакала и проклинала меня. Самыми страшными, самыми гадкими проклятиями. Но мне было все равно.

Я показал дорогу. Дождался, пока они отпустят ее. Быстро подошел и обнял. Она вывернулась и ударила. А потом…

Потом было небо. Ветер подхватил меня и, инстинктивно расправив крылья, я взлетел.

-Не будет тебе покоя! Не будет тебе счастья! Будь ты проклят, убийца и предатель!

Она плакала и кричала и снова плакала. Мне было страшно от ее боли, я не понимал, что происходит. Хотел крикнуть – и не мог. Хотел приблизиться к ней – и не смел. Мир вдруг стал огромен и нелеп. Мир обрушился на меня ужасом. Я летел в пустоте, беспорядочно кидаясь от одного воздушного потока к другому. Метался над озером, как черный лоскут, между темной водой и алым небом…

Отражение… Оно мелькнуло под крылом, ослепив озарением. Черные крылья, черное тело… Безумие обрело форму: будучи вороном в душе, я стал им и по плоти.

Судьба уберегла ее от того, что дано было увидеть моим глазам. Вопли, кровь, стоны – хохочущий лик смерти. Гибель отца была самой легкой и скорой. Всадник с каменной короной отрубил ему голову. Остальные… остальные умирали медленно. Не хочу вспоминать! Не могу… Распахнув крылья, я летал кругами над городом и плакал. Птицы тоже умеют плакать. Но даже тогда я еще не понял, что сделал. Осознание пришло позже. Через день. Я помню…

Он нашел ее на берегу. Бесчувственную, выплакавшую все слезы, потерявшую надежду. Поднял и унес туда, где прятались выжившие. Я знал его. И ненавидел. Много лет он незримо кружил вокруг нее, пытаясь захватить, покорить, сделать своей. Он знал, что ее сердце свободно, знал, что она не любит безумца! И теперь он дождался своего часа! И я не мог помешать! Не мог!

Она полюбила его. Конечно, разве могло быть иначе? Высокий, сильный, благородный, смелый. Не такой, каким был я. Не предатель. О, как я хотел выклевать его счастливые глаза, когда он не нее смотрел! Хотел – и не смел. Потому что он был достоин ее, а я – нет. Она чувствовала мою ненависть и кидала камни, когда видела поблизости. И никому не сказала, кто я. Кроме него. Он знал. И за это я ненавидел его еще больше.

Шли годы. Я пережил зиму и знойное лето, пролетел за их караваном тысячи миль, узнал запах облаков и силу ветра. А еще я думал. Часто. Много. И ее в моих мыслях становилось все меньше и меньше – безумие отступало. Медленно, но отступало. Лишь однажды, когда она родила, я чуть не ослеп от ярости и боли…

Было утро. Раннее, зимнее утро. Она вышла из палатки с ребенком на руках. Радостная, прекрасная. Еще более желанная и любимая, чем раньше. И не доступная. Покружив, я рискнул подлететь ближе.

Аэнара не прогнала. Она была счастлива и не распознала опасного огня в моих глазах. Впервые не бросила камень… И тогда в сердце проснулась печаль. Сложил крылья, и, каркнув, я заковылял к ее ногам. Взглянул на ребенка, встряхнулся, нахохлился… И улетел. Что-то умерло во мне в тот миг. Я думал – любовь, но нет. Это было что-то темное, подтачивающее изнутри. Как яд. Незаметно.

Я летел так быстро, как только мог. Выше, выше, пока не стало трудно дышать. Я понял! Прозрел, выздоровел, одумался – как угодно. И снова чуть не сошел с ума. От бессилия что-либо изменить. Кем я был? Что мог?

Струи воздуха пронзали плоть и обжигали холодом. Было все равно. Думал, что люблю ее, а любил себя. Думал, что спасаю ее, а погубил многих… Ошибка за ошибкой, бесконечная цепь над пропастью. Два берега – безумие и ненависть. И глупость. Как я мог?

Горы… Белые вершины и синее небо. Облака у горизонта. Я лег на левое крыло и повернул назад. Воздушный поток подхватил и, закружив, понес к земле. Ниже… Горы и лес, лес и горы… Плато, на котором виднелись черные треугольники палаток… И море вдалеке: серое, холодное, суровое. А чуть ближе лес: последняя надежда, вожделенная цель. За лесом был город. До него оставалось немного - путь, длинною в годы, подходил к концу.

Что-то блеснуло. Странный блеск, неестественный для морской глади. Расправив крылья, я остановил падение и плавно заскользил к берегу.

Корабль. Огромный, черный… Даже с высоты полета чудовищно безобразный. И он был там, на корабле – человек в каменной короне. Я бы узнал его среди тысяч, будь он даже в лохмотьях. Внутри все сжалось от страха. Я помнил! Сожаление и стыд жгли болью. Я помнил… Сложив крылья, метнулся стрелою назад.

Аэнара спала в объятиях мужа. Безмятежная, прекрасная, счастливая. Влетев в платку, я захлопал крыльями и крикнул.

-Каррр.

Еще раз. И еще.

Они открыли глаза и испуганно посмотрели на меня. Не поняли.

Я кричал, бился о землю, но они лишь встревожено переглядывались и молчали. Проснулся ребенок. Заплакал. Ребенок понял – я почувствовал страх в его всхлипах. Да, в ее глазах тогда тоже был страх. Она боялась… Но не за себя.

И вновь небо. Я летел наперерез ветру и холодные морские брызги, попадая в глаза, стекали по перьям горячими слезами. Я не знал, что делать, но был уверен, что смогу. Должен. Обязан!

Он стоял один, вдалеке от остальных. Смотрел на море и улыбался. Довольный, властный, уверенный. Увидев меня, поднял камень и со смехом бросил. Не попал.

-Лети прочь, падальщик!

-Карр! – ответил я и, устремился вниз.

Никогда я не слышал, таких криков. Рвал и клевал, выплевывая куски плоти, выдирая волосы, сдирая кожу. Не было ненависти, не было ярости… Он был не виноват в моей ошибке, был не виноват в том, что ныне, как и тогда, встал между жизнью и смертью. Мною двигала не ненависть, нет… Любовь. Я впервые не думал о себе. Хотел лишь защитить, исправить… Спасти.

А дальше…. Дальше было желание умереть у ее ног. Успеть сказать: «прости». Даже зная, что не поймет, даже зная, что не любила и не любит. И что не простит. Никогда. Теперь это было неважно. Глупая, бездарно прожитая жизнь… Я не смог искупить и малой части!

***

Мужчина и женщина стояли на лесной опушке. Обхватив плечи руками, женщина отвернулась. В ее глазах, бездонных, как лесное озеро, застыли всполохи грусти.

Падал снег… Первый в этом году. Взяв израненную птицу за крылья, мужчина осторожно опустил ее на могилу. Черные перья слились с тенью от креста.

-Вот и все, – тихо сказала женщина и поежилась от налетевшего порыва ветра.

-Может, закопаем его?

-Не стоит, земля уже промерзла. Да и зачем? Птице - птичья смерть. А душа уже далеко – ее участь не зависит...

-Как скажешь, – перебил ее мужчина и рывком поднялся на ноги.

Отойдя шагов на десять, Аэнара почему-то вдруг остановилась и обернулась.

-Прощай, - неслышно шепнула она, поправив капюшон. – Мир тебе.

Ветер в облысевших кронах вдруг притих, а затем, протяжно вздохнув, унесся прочь.

Похожие:

Любовь это то, что делает нас счастливыми. Так ли это? iconНауман Дарья, 10 «Б» класс, моу «гимназия №5» г. Саратова Материнская любовь
Любовь это одно из чувств, которое дано каждому человеку в жизни, и хоть раз он должен испытать его. Потому что любовь делает человека...
Любовь это то, что делает нас счастливыми. Так ли это? iconБольшинство людей согласятся с тем, что им не хватает любви. Но зачем нам нужен душевный покой?
Любовь и спокойствие неразделимы. Любовь — это не обладание другим человеком. Это состояние гармонии со всем миром и, прежде всего,...
Любовь это то, что делает нас счастливыми. Так ли это? iconЛюбовь. Что это за чувство, где оно внутри нас рождается? Только...
Умею ли я любить? Да, по-своему умею, любовь… наверное для многих, и для меня в том числе это название комплекса других, более знакомых...
Любовь это то, что делает нас счастливыми. Так ли это? iconКак можно любить собственного брата?
Это мания! Любовь не может быть такой! Любовь не может быть безответной, такой, что мне нравится мучить себя своим избранником. Да,...
Любовь это то, что делает нас счастливыми. Так ли это? icon-
Вопрос: пришло в выступлении так называемого “совета муфтиев” возглавляемого неким М. Карачаем: в сердце каждого из нас должны звучать...
Любовь это то, что делает нас счастливыми. Так ли это? iconПришло разрешить этот вопрос с понятием и, что более важно, с явлением...
«любовь». Это явление беспощадно эксплуатируют те, кто не то что не зная о чём твердят, а и не испытывали её, любовь, никогда. Хотя...
Любовь это то, что делает нас счастливыми. Так ли это? iconКурс семейная психология. Гармонизация семейных отношений Руководитель...
Подлинная любовь означает  обязательство и действенную  мудрость. Истинная любовь это не чувство, переполняющее нас;  это обязывающее,...
Любовь это то, что делает нас счастливыми. Так ли это? iconТест Какой же дурой становится женщина, когда хочет ребенка! Какие...
Она — как все. Думает, что беременна. Ей так кажется. Это возможно. Не то чтобы совсем наверняка, но почти
Любовь это то, что делает нас счастливыми. Так ли это? iconМытье посуды - медленное самоубийство?
Мало того что посуду отмою, так еще и замуж возьмут. Так, по крайней мере, обещает реклама. Я смотрю телевизор и думаю: если эта...
Любовь это то, что делает нас счастливыми. Так ли это? iconСегодня у нас тема, которая соответствует сегодняшнему времени, вера....
Это информация к размышлению, и, может быть, предложение вам отправиться в этом направлении, но не более того. Это не последняя инстанция,...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
litcey.ru
Главная страница