Бывают люди духовного или мистического настроения. Они, можно сказать, постоянно живут в атмосфере чудес, они чутки к воздействию на них Святого Духа miracula




Скачать 147.71 Kb.
НазваниеБывают люди духовного или мистического настроения. Они, можно сказать, постоянно живут в атмосфере чудес, они чутки к воздействию на них Святого Духа miracula
Дата публикации13.03.2013
Размер147.71 Kb.
ТипДокументы
litcey.ru > География > Документы
Бывают люди духовного или мистического настроения. Они, можно сказать, постоянно живут в атмосфере чудес, они чутки к воздействию на них Святого Духа (miracula gratiae); но чаще встречаются люди, утратившие по силе привычки способность удивляться чему либо. Круг чудес или сужается, или расширяется в зависимости от нравственного состояния человека, от его умственного склада, познаний и душенастроения.

«Солнце – есть чудо, потому что наука далеко не объяснила его; зарождение человека есть чудо, потому что физиология молчит еще об этом; совесть есть чудо, потому что она составляет совершенную тайну; всякое животное есть чудо, ибо начало жизни есть задача, для решения которой у нас нет ничего» / Ренан /.

Подлинное чудо никогда не упростится, никогда не будет объяснено, потому что оно есть деяние Бога. Признание чуда основано на вере, и оно невозможно без предварительного допущения, что чудеса существуют. Чтобы зло окончательно не восторжествовало над добром, необходимы чудеса. Они возобновляют нарушенное свободной волей человека равновесие. Мы можем определить чудо как нравственно целесообразное действие Бога, проявляющееся в необычной для человеческого опыта форме причинной связи. Чудеса называются силами, так как они – проявления божественной Силы. Чудеса называются делами, так как для Бога они естественны, как для солнца лучеиспускание. Чудеса называются свидетельствами, потому что они свидетельствуют, что Владыка природы есть Владыка совести, исправляющий состояние разумных существ. Чудеса суть знамения, то есть залог чего то превосходнейшего.

Чудо – событие сравнительно редкое, местное и временное. Чудо есть «обнаружение высшего начала, превозмогающего действие низшего. Чудо – не противоестественно, оно входит в жизнь вселенной совершенно так же, как и действия разумных существ: человеков, ангелов и демонов. Нечто мы называем жизнью, и это нечто есть глубокая тайна. Когда от явлений жизни мы переходим к явлениям души, то вступаем в еще более таинственную область. Это «нечто» живо чувствовали поэты. Тютчев уверяет: «Не то, что мните вы, природа – не слепок, не бездушный лик; в ней есть душа, в ней есть свобода…» Гете говорил: «Мы бредем в тайнах и чудесах». Но еще лучше изобразил эту таинственность природы наш родной поэт философ В. С. Соловьев:

Милый друг, иль ты не видишь,

Что все видимое нами –

Только отблеск, только тени

От незримого очами?

Милый друг, иль ты не слышишь,

Что житейский шум трескучий

Только отклик искаженный

Торжествующих созвучий?

Милый друг, иль ты не чуешь,

Что одно на целом свете –

Только то, что сердце сердцу

Говорит в немом привете?

Каждое возникновение, каждая перемена, каждое рождение есть чудо, на что указывал еще бл. Августин. Творение природы: кристалл, цветок, стебель травы и в частях, и под микроскопом представляют дивное изящество. Ежедневное рождение, по мнению бл. Августина, не менее чудесно, чем воскрешение немногих. Умножение семян не менее чудесно, чем умножение хлебов. Ужели все богатство и красоту природы, ум, поэзию, философию, религию, Пушкина, Филарета, Сократа, Канта мы припишем слепому и случайному сцеплению атомов?

В ряду величайших естествоведов всегда будут находиться люди глубокой веры. Они сознательно переходят от естествознания к богознанию. Один из таких, Пастер, пишет: «Мы окружены тайной, и мы должны преклониться пред таинственной властью невидимой для нас стороны вещей. Позитивизм не считается с одним из самых положительных понятий о бесконечности. Тот, кто признает существование бесконечности (а никто не может избежать, чтобы не признать этого), сосредоточивает в этом утверждении более сверхъестественного, чем во всех чудесах всех религий. Когда это понятие овладевает нашим разумом, нам остается только преклониться». Тиндаль заявляет, что «круг познаний человека нельзя ограничить тем, что дают ему пять чувств».

В. С. Соловьев утверждает, что очевидным бывает только маловажное. Два раза пять равно десяти всегда и везде, но это знание только формальное, призрачное. Наблюдаемые факты – мимолетны, лишены общего значения, например, состояние погоды в данном месте. Это знание и не всеобще, и не устойчиво. Факт действителен только здесь и сейчас. И барометр, и термометр постоянно колеблются. Очевидность или формальна, как в математике, или случайна, как относительно погоды. А все то, что всеобще, необходимо и внутренне важно, лишено очевидности для ума и осязательности для чувств. Отвергать это неочевидное не умно, и в отвержении меньше виноват ум, чем лукавая воля. Нет сердечного влечения к высшим истинам, нет желания, чтобы они существовали, так как они мешают жить без думы о смысле жизни, вот ум и приходит на помощь лукавой воле, требует доказательств. Это неверие, неуверенное в себе, озлобленное против отвергаемого. Этим озлоблением оно выдает себя, потому что нельзя сердиться на то, чего нет.

«Дух,– говорит Д. С. Милль, – есть единственная действительность, на которую мы имеем доказательства». Итак, мир состоит из духа и материи. Но если эта двойственность когда нибудь будет объединена, то это единое будет иметь духовный характер.  Даже такие сторонники опытного знания, как Лотце и Вундт, считают допустимым существование чисто духовных личностей, т.е. ангелов. «Нездраво, – пишет Ломоносов, – рассуждает математик, ежели хочет он Божескую веру вымерять циркулем".

Тертуллиан: «верю, потому что нелепо». Вера и наука дополняют одна другую. Во всякой вере есть элемент знания, во всяком знании есть многое от веры. От веры – начала, истоки знания. Мы не знаем, но только верим, что наши ощущения от внешней природы, наши представления и понятия о вещах соответствуют действительности. В законы и силы природы мы также верим, не понимая, что такое сила природы. Ныне время опросов, анкет. Деккерт произвел такую анкету и среди естествоиспытателей. Он проверил воззрения 423 ученых. Каков же результат? У 56 лиц точка зрения на религию не определилась. 349 ученых оказались теистами, 9 – равнодушными к вере и 9 – враждебно относящимися к христианству. Это значит, что из 100 ученых более 95 % верующих и менее 2 % неверов. Известный естествовед Дюбуа Реймон в одной из своих речей заявил, что новейшее естествознание, каким бы парадоксом это ни звучало, обязано своим происхождением христианству.

В 1880 г. на заседании Берлинской Академии наук в память Лейбница профессор Э. Дюбуа Реймон заявил, что в мире есть семь загадок, из которых четыре совершенно не разрешимы (ignorabimus – не дознаем). Эти четыре загадки: сущность материи и силы, происхождение движения, происхождение ощущения и свобода воли. Три остальные загадки: происхождение жизни, целесообразность природы и происхождение мысли и языка могут, по предположению Дюбуа Реймона, хотя с величайшими трудностями, быть когда либо изъяснены. Тридцать пять лет прошло со времени этого заявления, много было сделано в этот период научных приобретений, но наука не приблизилась к разумению даже тех трех загадок, которые Дюбуа Реймон считал разрешимыми.

Г. Спенсер путем чисто научных изысканий пришел к признанию, что «область души, занятой религиозными верованиями, никогда не может опустеть, что всегда будут там возникать великие вопросы, касающиеся нас самих и вселенной, и что в действительной жизни везде и всегда было необходимо то влияние, которое оказывали на поведение людей теологические символы и действия священника.

Наш современник Эрнст Геккель сделал попытку представить упрощенное мировоззрение, объединив материальное и духовное, религию, философию и науку. Философия Геккеля пришлась по вкусу его современникам и получила широкое распространение. Но Геккель не разрешил и не устранил самой великой загадки: что такое природа или вселенная, что такое сущность вещей? А в этой загадке гнездятся и все другие тайны вселенной. По мере роста науки и философии эта загадка не только не уясняется, но становится более таинственной.

Все понять значит понять Бога, а понять Бога значило бы самому быть Богом. Однако не все таинственное нужно считать чудесным. С другой стороны, чудо может и не иметь поразительного характера, например, дарование дождя по молитве.

Вольтеру приписывают слова: «Если бы чудо воскрешения совершилось на моих глазах и при тысячной толпе, я не поверил бы своим глазам и глазам тех, кто признали чудо». Этот отрицающий чудесное и идеальное Вольтер живет в каждом человеке; над каждым человеком властна привычка, делающая ум косным, малоподвижным. Но в то же время в каждом человеке, не исключая и Вольтеров, есть какое то тяготение к чудесному, какое то смутное чаяние, что возможны события, несоизмеримые с обыденным порядком вещей. «Чему бы жизнь нас ни учила, но сердце верит в чудеса: есть нескудеющая сила, есть и нетленная краса». Одни борются с этой жаждой чудесного, другие дают ей простор.

Чудеса неравномерно распределены в истории человечества: в одни времена их много и они поразительны, в другие их немного и они столь неубедительны, что самая наличность их многими ставится под вопрос. В самом деле, как много чудес описано в Евангелии! Как эти чудеса разнообразны и поразительны! Но из множества чудес описаны лишь некоторые. По учению ап. Павла, чудеса – знамения для неверующих (1 Кор. 14:22), но неверующих не по упорству, не по отчуждению от Бога умом и сердцем, а по неведению. Для таких людей чудеса – доказательства божественного происхождения христианства. Они зовут их в Церковь Христову, как колокол зовет богомольцев в храм и смолкает, когда храм наполнится. Таков воспитательный метод: сначала наглядное, а потом изустное, внутреннее. Сначала действие на очи, а потом на ум и сердце. Кто то выразился: «Чудеса – пелены младенчествующей Церкви, а не одежда зрелого ее возраста».

Чудо есть откровение Бога человеку.

Если при перерождении бывает помощь Божия, то она незримая, внутренняя и неразделимая от нравственных усилий самого перерождающегося. «Господь имеет полное уважение к созданной Им природе и ее законам как к произведениям Своей бесконечной, совершеннейшей премудрости; посему и волю Свою совершает обыкновенно чрез посредство природы и ее законов, например, когда наказывает людей или благословляет их. Чудес, поэтому, не требуй от Него без крайней нужды»
Как в природе чудесное наиболее проявляется во время новообразования, так точно и в мире человеческом тогда чудес больше и тогда они поразительнее, когда начинается новый период человеческой истории.

Чудеса часто считают обманом и находят в них много подозрительного, хотя чудеса христианские совсем не таковы. Но жизнь непорочная не может подвергнуться никакому подобному подозрению – напротив, добродетель заграждает уста всем.

Мудрость и могущество Бога таковы, что у Него «все возможно» без нарушения Им же установленного порядка вселенной. Область возможностей не ограничена, и Бог – самодержавный Хозяин этих возможностей.

Во все годы Своего учительства Христос чувствовал сильнейшее нерасположение чудотворить для молвы, для удивления толпы. Как же мало поняли Иисуса некоторые рационалисты, утверждающие, будто Иисус, чудотворя, мирволил предрассудкам своего времени! Мыслимо ли такое предположение о том, Кто был учителем чистейшей нравственности, о Котором сами враги отзывались как о человеке, чуждом обмана и лжи! Чудеса неразрывно сплелись не только с учением Иисуса, но и с Его жизнью.

Прежде всего чудеса новозаветные представляют убедительнейшее подтверждение той истины, что Господь царствует и в природе, и в истории человечества, в духовной жизни народов и отдельных людей. Он – хлеб жизни, так как удовлетворяет потребности в правде. Он – свет мира, так как удовлетворяет потребности ума в истине, в Нем разрешение всех вопросов и загадок. Чудеса – явления славы Христовой (Ин. 2:11; 9:3), показание того, что Ему «дана всякая власть на небе и на земле».

В чудесах Христовых ясно видится Его богочеловеческое достоинство: Христос творит их спокойно и уверенно, Своею силою. Ап. Петр становится на колени пред воскрешением Тавифы, ап. Павел обнимает труп упавшего из окна юноши, чтобы оживить его, а Христос повелевает восстать девице и юноше и выйти из гробницы Лазарю. Прикосновение, повеление – вот способы Его чудотворений, напоминающие первые дни творения мира.

При этом Христос совершенно чужд горделивости, желания прославить Себя Он сдержанно пользуется Своею силою, не желает возбуждать удивления. Обращение Его с людьми простое и естественное, в оценке людей Он снисходителен, иногда выражает похвалу и удивление их добрым качествам Он не желает пользоваться Своею силою для самозащиты.

Чудеса представляют собою часть искупительного подвига Христа. Привязанность народной толпы к чудесам возбуждает в Нем скорбное чувство. Он знает, что чудеса не возводят дух свидетелей к высшему и небесному. «Вы ищете Меня, – упрекает Он иудеев, – не потому, что видели чудеса, а потому, что ели хлеб и насытились» (Ин. 6:26). Он возмущается духом и плачет пред воскрешением Лазаря. Пригласившему Его для исцеления сына царедворцу Иисус говорит: «вы не уверуете, если не увидите знамений и чудес». (Ин. 4:48). «Соединение чудес, которые творил Христос, с требованием от иудеев духовного возрождения – вот что привело Его на крест». Вера в чудеса была в народе, но так как Христос отрицательно относился к политическим стремлениям народа, то эта вера в значительной части народа переродилась в ненависть. Христос выражал скорбь, что вера в чудеса не привела к покаянию и галилеян (Мф. 11:20; Лк 10:13).

Этой связью с целью Своего пришествия чудеса Христовы отличаются от чудес религии Индии, Китая, Аравии, от чудес апокрифических писаний. Эти – фантастичны, самопротиворечивы, иногда бесцельны, иногда имеют цель невысокую и грубую.Чудесно и самое учение, самые слова Его. Например, Он обещает блаженство за такие проявления душевного величия, которые до Него не признавались за добро и достоинство. Слова Христовы имеют силу неотразимую и вечную, светят и греют векам и народам.

Никто не может сказать, что глубина этого изречения исчерпана. В изречении «могий вместити да вместит» дивно согласованы идеал и действительность, божественное и человеческое. Сила слов Иисусовых была такова, что народ дивился и ужасался Его учению. Не только чудеса подтверждали Его учение, но и наоборот: слова Христа являли в Нем истинного чудотворца. Когда синедрион отправил слуг взять и привести Иисуса, эти вернулись, не исполнив поручения, с заявлением: «Никогда человек не говорил так, как этот человек». Прошли века, изменилась культура и духовный склад человечества, но это заявление сохраняет полную свою силу. Живое слово Христа, заключенное в мертвое письмо, двукратно переиначенное при переводе, через 19 веков сохраняет свою власть над душами людей.

Софокл в Антигоне говорит: «Много есть чудес, однако самое большое чудо – сам человек». Слова эти справедливы: человек сам для себя загадка и никогда не перестанет верить в чудеса. Все люди – чудесны, но Христос – величайшее чудо в каждый момент Своего существования, в делах, в словах, в терпении, в разуме, в любви.

Всякий человек – чудо, потому что он более, чем произведение естественных условий жизни.

 «Я сказал: вы – боги, и сыны Всевышнего – все вы» (Пс. 81:6). Истину этих слов подтвердил Сам Христос (Ин. 10:34 35). Но в Самом Иисусе богочеловеческое сознание проявилось в высочайшей степени, так как Его «Отец освятил и послал в мир» (10:36).

Кто познал Христа, тот перестает чудиться всем остальным чудесам.

Так Спаситель приучал и учеников Своих смотреть на чудеса:  «Не радуйтесь, – говорил Он, – что духи вам повинуются, но радуйтесь тому, что имена ваши написаны на небесах» (Лк 10:20). Предохраняя учеников от кичливости чудесами и от переоценки чудес, Христос показывал им, что чудеса – не средство для проявления власти и самозащиты, но средство для блага народного.

Чудо в христианстве не средство наказания, но средство благотворения. Оно вестник любви. «Милосердую о народе сем»,  эти слова можно подписать почти под каждым из чудес Христовых.

Молитва есть неистребимая потребность в человеческом роде. 

 Это признает даже Гюйо в «Безверии будущего». Он пишет: «Тяжело примириться с мыслию, что нас никто не слышит, что даже издали никто нам не сочувствует, что вселенная окружена безграничным пустым пространством. Бог – это вечно присущий друг как первого, так и последнего часа. Когда нас лишают Бога, когда нас хотят освободить от небесной опеки, мы сразу начинаем чувствовать себя сиротами. Женщина в особенности нуждается в Отце небесном».

Теперь и неверующие, в которых не иссякли порывы к добру, по своему молятся, желают и надеются, хотя упорно отвергают Того, Кто один силен осуществить наши мечты. Для остальной, наибольшей части населения земного шара молитва – выражение надежды на чудо. При виде зла молящийся призывает для подавления его небесную силу. При наблюдении зла в себе самом он зовет благодать. Каждый день, каждый час миллионы малых и великих чают чуда. Мы молимся об отвращении беды, когда она уже неотвратима человеческими усилиями. Школьник, не знающий урока, молится, чтобы не спросили и чтобы спрошенный мог сносно ответить невыученный урок Здесь опять скрыта мысль: у Бога все возможно. С этой мыслью он перед экзаменом заходит в часовню и ставит свечу перед иконой доброй заступницы слабых Матери Христа. Он хорошо знает, что учителя неумолимы, черствы, самодовольны, но Христос великодушен и силен.

Души, утратившие веру, часто просят других молиться о себе. Поэт Д. Минаев, тяготясь неправдами своей жизни, обращается к душе своей умершей подруги с просьбою: «Помолись обо мне небесам! для меня ясный свет их померк без возврата… Помолись, чтоб опять в них те звезды зажглись, что светили с тобой нам когда то».

И в случае неисполнения Богом этой молитвы проситель, даже маловерный, смиряется и не ставит в вину Богу отвержение просьбы. Он чувствует, что «всякое исполнение молитвы есть чудо, и, по тому самому, ее исполнение обусловливается, как и всякое чудо, совпадением характера просьбы с характером воли Божией в любви и святости». Глуп был бы пахарь, если бы он тотчас после сева пошел искать плодов. Но в духовном сеянии некоторые ропщут: «я долго и усердно молился, но не вижу последствий». Человек! подожди времени жатвы! Христос и апостолы уверенно внушают, что Господь слышит молитвы и исполняет их. Сомнение в этом не разумно. Ведь Господь Сам дал человеку потребность в молитве и веру в Себя, веру всеобщую и всегдашнюю. Не исполняя молитв, Бог перестал бы быть благим.

Кто то справедливо сказал о значении молитв для вселенной: «Если бы в какой час и день не донеслось молитвы к Творцу вселенной, то этот час и день были бы последними для мира».

И исполнение молитвы – дело закономерное, но только мы мало знаем эти законы молитвы: они нами не изучены, наука обходит их молчанием. Законы природы и законы молитвы могут приходить в соприкосновение, но нарушать друг друга они не могут. Христианство, учащее молитве, великая духовная сила и не менее действительная, чем сцепление, тяготение, электричество. Не во Творце ли источник тех и других сил, духовных и материальных? Молитва – излияние божественной силы в наши жизни, – как тяготение и другие силы имеют источник в Боге. Повинуйся мало ведомым законам молитвы, отдайся ей, – и сила твоя возрастет.

Познание законов молитвы лучше всего приобретать путем опыта. Один студент признался профессору, что не может примирить христианское учение о молитве с законами природы. Профессор сказал: «В естественных науках твердым считается то, что подтверждено опытом, хотя бы и оставалось непонятным. Сделайте и вы опыт с молитвой. Молитесь для опыта и дожидайтесь, что выйдет. Только будьте при этом честным, а не предвзятым искателем». Через шесть месяцев студент сообщил профессору: «Теперь я убежден, что есть область, возвышенная над всем, постижимым умственно; в этой области – свои законы и иное познание, разнящееся от приобретаемого внешними чувствами. Я теперь уже не оставлю молитвы. Она – моя отрада и приобретение».

Вполне допустима в некоторых случаях молитва с сомнением, что Бог исполнит просимое. Необходима уверенность не в исполнимости просьбы, но в отеческой любви к нам Бога; будет ли просьба исполнена или нет, а все же Бог – Отец, и поведать Ему мои печали и желания необходимо.

С молитвой тесными крепами связано чудо, хотя в большинстве это – чудо не по форме, а по существу; то есть, оно не представляет чего либо поразительного, но не выходит из житейских рамок Таково сознание и тех, кому от Бога дана благодать посредничества при совершении чудес.

Как ни властно было чудосовершение Христа, но и оно было не чуждо молитвы, так как Христос состоял в постоянном общении с Отцом. О теперешнем значении богообщения и молитвы для человеческого здоровья врач С. Апраксин пишет: «В тихом пристанище Христовом можно с пороком сердца, со всякой другой болезнью и лучше себя чувствовать, и дольше прожить, чем со здоровым сердцем и легкими, вечно носясь по волнующемуся страстями человеческому морю житейскому". Существуют уже такие больницы, называемые "христианские санатории", в которых излечение болезней ведется не только просто медицинским путем, но и поддерживанием здорового молитвенного настроения в болящих со стороны пасторов, и этим путем достигаются результаты, которых не в состоянии была бы достигнуть одна медицинская наука. Доктор Э. Лоран недавно издал книгу под заглавием "Медицина души", в которой доказывает, что молитва есть великое целебное средство при всех болезнях тела и души». Нередкие ныне чудеса исцеления при мощах и от икон получаются через веру и молитву.

Молитва воздействует на все сферы человеческой жизни, и вечно истинным остается утверждение ап. Иакова: «Много может усиленная молитва праведного». Очень много. Чем сильны были Тихон Задонский, «убогий» Серафим, Амвросий Оптинский, Варнава из Гефсиманского скита, Феофан Затворник, Иоанн Кронштадтский и многие из подобных им? Их жизнь чудотворна была молитвой.

В январской книге «Вестника Европы» за 1915 г. опубликовано письмо Л. Н. Толстого к князю Урусову, где читаем: «Вы – счастливые люди, верующие: обладаете душевной высотой, спокойствием… Я не верю в молитву и не могу молиться, но если правда то, чему вы верите, то вы можете молиться, и ваша молитва может быть услышана, и потому помолитесь о том, чтобы Бог дал мне опору веры».

Итак, потребность молитвы заступления примечается даже у маловерных. Религиозный опыт подтверждает, что такая молитва – явление нередкое и сопровождается очевидными плодами. Молитва заступления является потребностью не только людей духовно слабых, ищущих заступничества для себя, но и людей духовно сильных, чувствующих неодолимое стремление заступаться за других. Но как мирится такая молитва с тем, что «знает Отец ваш, в чем имеете нужду, прежде прошения вашего у Него» (Мф. 6:8)? Знает Отец наши нужды и, любя нас, желает нам блага. Но наше благо не в одном удовлетворении временных нужд наших. «Воля Божия есть освящение ваше», – говорит ап. Павел. Ради этого освящения Бог призывает людей к сотрудничеству Себе, спасает нас при нашем содействии, но не без нас. В основе молитвы заступления лежит та великая истина, что человечество – и в особенности христианство – не сумма особей, чуждых друг другу, но организм, живое тело, возглавляемое Богом. Телесные нужды суть то, что рознит людей, удаляет их друг от друга, но душами они соприкасаются друг другу и в мире сем, и по отшествии из мира. Молясь за благо других человеков, христианин усиливает эту связь душ, это касание, это единение, эту основу любви. Прося благ другому, он умножает и свое благо. Несовершенства и страдания немногих ослабляют общую связь всех, являются общим злом, чувствуемым и на небе, и на земле. Это зло устранимо при посредстве молитвы и чуда, потому что между миром нравственным и физическим есть какой то таинственный мост. Бог природы – в то же время Бог нравственного миропорядка. В этом оправдание чуда.

 

Из книги Стефана Остроумова "Мысли о чудесах"

Похожие:

Бывают люди духовного или мистического настроения. Они, можно сказать, постоянно живут в атмосфере чудес, они чутки к воздействию на них Святого Духа miracula iconБернард Вербер. День Муравья
Его жильцы — самые трудолюбивые существа в мире! Их умение подчиняться правилам — мечта любого диктатора! Их интеллекту можно только...
Бывают люди духовного или мистического настроения. Они, можно сказать, постоянно живут в атмосфере чудес, они чутки к воздействию на них Святого Духа miracula iconНовости? спросил тот, что был повыше
Смерть пересекает мир, как Люди переплывают моря; Она и Они живут в одинаковом безмолвии. Она и Они нуждаются в том, что любят. Она...
Бывают люди духовного или мистического настроения. Они, можно сказать, постоянно живут в атмосфере чудес, они чутки к воздействию на них Святого Духа miracula icon-
Хадисе). Среди них Зуххад (те, кто воздерживается от расточительности в жизни), и те, кто приказывает добро и запрещает зло, и из...
Бывают люди духовного или мистического настроения. Они, можно сказать, постоянно живут в атмосфере чудес, они чутки к воздействию на них Святого Духа miracula iconВ обозе было два десятка повозок. Из них половина везла зерно и товары,...
Люди – поразительные существа. Они всегда надеются на удачу, стремятся к риску, ловят случай. Они и не знают, что их нити уже давно...
Бывают люди духовного или мистического настроения. Они, можно сказать, постоянно живут в атмосфере чудес, они чутки к воздействию на них Святого Духа miracula iconСказка о том, как электроприборы в магазине поссорились
Электроприборы окружают нас повсюду, они, как добрые волшебники, помогают нам везде, где только можно. Одна­ко чтобы понять, что...
Бывают люди духовного или мистического настроения. Они, можно сказать, постоянно живут в атмосфере чудес, они чутки к воздействию на них Святого Духа miracula iconСюжет Существует большая и могущественная империя под названием Эдос
Более всех Аксон, как и весь его народ, ненавидит драконов. Эти «исчадия Ада» живут в основном в горах, изредка являясь в степи....
Бывают люди духовного или мистического настроения. Они, можно сказать, постоянно живут в атмосфере чудес, они чутки к воздействию на них Святого Духа miracula iconПривычки в здоровье
Последняя причина для нас весьма актуальна, что мы можем иметь ясный ум и быть под водительством Духа Святого. Наш здоровый образ...
Бывают люди духовного или мистического настроения. Они, можно сказать, постоянно живут в атмосфере чудес, они чутки к воздействию на них Святого Духа miracula iconЦель данного мероприятия
Люди отличаются друг от друга национальностью, привычками, одеждой, но живут они вместе и надо уважать молодых и старых, здоровых...
Бывают люди духовного или мистического настроения. Они, можно сказать, постоянно живут в атмосфере чудес, они чутки к воздействию на них Святого Духа miracula iconУзаконить воровство
И было ко мне слово Божье: Сын Человеческий! Ты живёшь среди дома мятежного; у них есть глаза, чтобы видеть, а они не видят; у них...
Бывают люди духовного или мистического настроения. Они, можно сказать, постоянно живут в атмосфере чудес, они чутки к воздействию на них Святого Духа miracula iconПосвящается Фридриху Ницше
Они не помнят, когда пришли в этот мир, они не знают, зачем пришли. Забыли ли они, спустя эти многие миллионы лет, или не сказали...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
litcey.ru
Главная страница